суббота, 20 августа 2011 г.

TOM 1 ГЛАВА 1

  Тонущая крыса.

В темноте туннеля Крыс облечено вздохнул. В воздухе пахло гнилью. Он продолжал свой путь осторожно. Туннель был узким, и темным. Места хватало как раз протиснуться  Крысу. Света нигде не было видно, но это и успокаивало. Крыс любил темноту и тесноту. В таком месте никто не сможет тебя достать. Кратковременная передышка. Тупая боль в плече не сильно его беспокоила. Хуже было то, что он потерял много крови. Рана была не глубокой -  плечо слегка задело. Хотя к этому времени рана уже должна была затянуться, кровотечение  не останавливалось.

Антикоагулянт .1 Они покрыли им пули.

1 - вещество, задерживающее свертывание крови

Крыс кусал губы. Ему срочно нужно было что-то, чтобы остановить кровотечение: тромбин или алюминиевая соль. Достаточно было бы просто чистой воды - промыть рану.

 Его ноги заплетались. Голова начинала кружиться.

- Плохо.

Возможен обморок из-за потери крови. Если это случится, то дело - дрянь. Вскоре он не сможет двигаться совсем.

- А может оно и к лучшему

Крыс слышал свой внутренний голос. Может быть, это и к лучшему загнуться, будучи парализованным, в кромешной тьме. Лечь и заснуть, долгий сон – спокойная смерть. Это будет не больно, только немного холодно.

Нет, это не будет так легко. Кровяное давление упадет, будет тяжело дышать, конечности парализует… конечно это не будет безболезненно.

- Хочется спать.

Он устал, ему было холодно и больно, он едва мог двигаться. «Мне осталось мучиться совсем не долго»,- говорил он себе. Лучше успокоиться, чем напрасно сопротивляться. Были люди, преследующие его, но не было никого, кто мог бы помочь. Лучше перестать цепляться за жизнь, лечь здесь и уснуть. Просто сдаться.

Его ноги продолжали идти вперед. Его руки продолжали скользить вдоль стены. Крыс выдавил улыбку. Его голос уговаривал его сдаться, но тело продолжало идти вперед. Вот проблема.

- Остался час. Нет только тридцать минут.

Тридцать минут было в запасе,  чтобы остановить кровотечение и найти безопасное место для отдыха. Таков минимум для выживания.

Воздух всколыхнулся. Темнота перед ним постепенно рассеивалась. Каждый его шаг был осторожен. Темный узкий туннель закончился большим помещением с белыми бетонными стенами. Крыс знал, что это был путь в канализационный туннель, который использовался десять с лишним лет назад, в конце двадцатого столетия. В отличие от наземного обустройства подземные сооружения №6 поддерживались  не в лучшем состоянии. Большая часть из них осталась  в том же виде, в каком была в прошлом веке. Этот канализационный туннель был лишь одним из многих: заброшенных и забытых. Крыс не мог желать лучшего окружения.  Он закрыл глаза и представил карту №6, которую скачал из компьютера.

Был большой шанс, что это заброшенный путь К0210. Если это так, то он заканчивается рядом с богатым районом, называемым Кронос. Конечно, он также мог вести и к смерти. Но если хочешь выжить, надо двигаться вперед. Крыс в его теперешнем состоянии не мог выбирать или раздумывать.

Воздух изменился. Он больше не был затхлым и плесневелым как раньше, он был свежим и влажным. Крыс вспомнил, что наверху лил дождь. Этот проход определенно вел на поверхность.

Крыс вдохнул запах дождя.


* * *

7 сентября 2013 года был днем моего двенадцатилетия. В этот день ураган, стартовавший неделю назад в юго-западном районе на севере Тихого океана, устремился на север и, набирая силу, двигался в направлении нашего города №6.

Это было лучшим подарком, из всех, что я когда-либо получал. Меня распирало от волнения. Было немногим позже четырех, но уже темнело. Деревья во дворе сгибало от ветра, в то время как листву и мелкие ветки отрывало и уносило. Мне нравился этот шум. Это абсолютно отличалось от обычной здесь атмосферы безмолвия.

Моя мама любила небольшие деревья и цветы. Она превратила наш двор в небольшую рощу, засадив его миндалем, камелиями и кленами. Благодаря этому, этот ветреный день был не похож на другие. Каждое дерево издавало свой неповторимый стонущий звук. Оторванные листья и ветки ударялись в окно, уже залепленное ими, и затем уносились прочь. Снова и снова порывы ветра ударяли в стекло.

Я испытывал непреодолимое желание открыть окно. Даже такой сильный ветер как этот, был не в состоянии разбить ударопрочное стекло. В комнате с системой климат-контроля влажность и температура оставались неизменными. Вот почему мне так хотелось открыть окно. Распахнуть его навстречу воздуху, ветру, дождю, новым ощущениям.

 «Шион,- позвал мамин голос из домофона,- не вздумай открывать окно».

- Ладно.

- Хорошо…Ты слышал, низины Западного Блока затопило. Ужасно, правда?

В ее голосе не было ни тени волнения.

За пределами №6 земля делилась на 4 блока – Западный, Восточный, Северный и Южный. Большая часть Западного и Южного Блоков были отданы под сельское хозяйство. Они поставляли 60% растительной и 50% животной пищи. На севере раскинулись обширные площади лиственных лесов и гор, полностью контролируемые Центральным Административным Комитетом.

Без разрешения комитета никто не мог попасть на эту территорию. Никто особо и не рвался в эту абсолютно дикую местность.

В центре города располагался огромный парк, занимавший более шестой части города. В нем каждый мог почувствовать смену времен года и пообщаться с сотнями видов небольших животных и насекомых, обитавших в нем.

Большую часть горожан вполне устраивало общение с дикой природой внутри парка. Я не очень это любил. Еще мне очень не нравилось здание Городской администрации, возвышавшееся в центре парка. Оно имело пять подземных этажей и десять надземных и увенчивалось куполом. В №6 не было небоскребов, поэтому «возвышалось», наверное, громко сказано. Тем не менее, от него исходила зловещая аура. Многие называли его Лунной каплей за округлую форму, но мне оно больше напоминало волдырь на коже. Волдырь в центре города, окруженный городскими больницами. Рядом располагались здания городских служб, соединенные, напоминающими газопровод, пассажами. Все это было окружено лесом. Городской парк - тихое спокойное место для примерных горожан. Все деревья и животные, обитающие в парке, были под постоянным наблюдением, так же как и все цветы, фрукты и крошечные создания на каждом участке ежесезонно тщательно регистрировались.

Горожане могли узнать лучшее время и место для обозрения через городскую сервисную систему. Покорная, идеальная природа. Но в этот день даже она взбунтовалась. Это был ураган как-никак.

Ветки с еще не облетевшими зелеными листьями хлестали по окну. Я думал, что, по крайней мере, смогу слышать рев ветра, но шумозащитное стекло не пропускало ни звука снаружи. Окно мешало мне. Я хотел видеть и чувствовать неистовый ветер. Я распахнул окно настежь, в тот же момент, мокрый ветер ворвался в комнату. Ветер гудел, как будто вырывался из под земли. Я закричал. Мой крик был заглушен стихией, и никто его не услышал, но я продолжал кричать безо всякой на то причины. Капли дождя попадали мне в горло. Я знал, что веду себя как ребенок, но уже не мог остановиться. Дождь усиливался. Как бы здорово было сейчас скинуть всю одежду и выйти под дождь. Я представил себя бегающим голышом посреди бушующей стихии. Меня определенно сочли бы сумасшедшим. Но это было таким искушением. Я снова широко открыл рот и проглотил несколько капель. Я хотел подавить этот импульс. Я был напуган тем, что скрывалось внутри меня. Иногда меня накрывало волной диких, необузданных эмоций.

Сломай

Разрушь

Разрушить что?

Все

Все?

Послышался электронный звук предупреждения. Он информировал, что микроклимат комнаты был нарушен. В конце концов, окно автоматически закрылось бы, сушка и температурное регулирование сработали бы и все промокшие вещи, включая меня, были бы высушены незамедлительно. Я вытер лицо шторой и пошел к двери, чтобы выключить систему климат контроля.

Что было бы, если бы в тот момент я послушался системного предупреждения. Иногда я думаю об этом. Что было бы, если бы я закрыл окно и остался в сухом комфорте комнаты, моя жизнь была бы абсолютно другой. Я не жалею об этом, ничего подобного. Просто совпадение. Событие, которое перевернуло весь мой мир, так педантично контролируемый до этого момента, произошло из за случайно открытого во время тайфуна окна 7 сентября 2013 года. Просто совпадение.

И хотя я никогда не был верующим, иногда я действительно чувствую, то, что называют провидением.

Я выключил систему. Звук предупреждения прекратился. Неожиданная тишина обрушилась на комнату.

- Хех

Я услышал слабый смешок позади себя. Инстинктивно я обернулся и вскрикнул.  Передо мной стоял промокший насквозь мальчик. Хотя я не сразу понял, что это именно мальчик. Волосы до плеч почти полностью скрывали его маленькое лицо, шея и руки, торчащие из футболки, были худыми. По его виду я не мог определить ни возраст, ни пол. Все мое внимание было приковано к красному пятну на его левом плече.

Это был цвет крови. Я никогда не видел никого так сильно истекающего кровью. Инстинктивно я протянул к нему руку. Фигура незнакомца растаяла на кончиках моих пальцев. В тоже время я почувствовал толчок и был прижат к стене мощной силой. Я почувствовал холод на своей шее. Его ледяная рука, сжимала мое горло.

- Не рыпайся, - сказал он

Он был ниже меня. Придушенный снизу, я напряженно посмотрел в его глаза. Они были темные и в то же время светло-серые. Я никогда не видел цвета глаз подобных этому. Его пальцы сжимались. Он совсем не выглядел сильным, но я был абсолютно лишен возможности пошевелиться. Это было то, чего обычный человек не мог сделать.

Я понял,- прохрипел я,- у тебя есть опыт в подобном

Пара серых глаз смотрела не моргая. Их взгляд был неподвижен и бесстрастен, как поверхность океана в штиль. В них не было угрозы, страха или жестокости. Это были спокойные глаза. Я почувствовал, как моя паника сходит на нет.

- Я перевяжу твою рану,- сказал я, облизнув губы. - Ты ведь ранен, да? Я перевяжу.

Я видел свое отражение в его глазах. На секунду я почувствовал, что его взгляд меня завораживает. Я отвел глаза, и, смотря  вниз, повторил:

 - Я перевяжу рану. Надо остановить кровотечение. Перевязка. Ты понимаешь?

Хватка вокруг моей шеи немного ослабла.

 - Шион.

Донесся мамин голос из домофона. У тебя отрыто окно?

Я перевел дыхание. Все в порядке. Все хорошо. Я могу говорить нормальным голосом.

- Окно? Ах, да открыто.

- Ты простудишься, если не закроешь его.

- Да, знаю.

Я слышал, как мама рассмеялась.

- Тебе исполнилось 12, но ты все еще такой ребенок.

- Да, я понял… Это, мам

- Да?

- Мне нужно написать доклад. Ты не могла бы не беспокоить меня какое-то время.

- Доклад? Разве твой Спецкурс для одаренных уже начался?

- Ну, нет…не совсем, но у меня много заданий.

- Понятно…смотри, не переутомляйся и спускайся к ужину.

Холодные пальцы отпустили мое горло. Я обрел свободу. Я протянул руку, что бы перезапустить систему климат контроля и убедиться, что система безопасности выключена. Если бы она была включена, то зафиксировала присутствие незнакомца как чуждый элемент и включила охранную сирену. Если человек был зарегистрирован как полноправный житель №6, этого бы не случилось. Но я не мог представить, что этот промокший насквозь незнакомец, является зарегистрированным жителем города.

Окно закрылось, и теплый воздух начал поступать в комнату. Сероглазый незнакомец сел на колени. Он прислонился к кровати, издав глубокий долгий вздох. Он выглядел изрядно измотанным. Я достал аптечку. Сперва, я проверил его пульс, затем разорвал рубашку и начал промывать рану.

- Это…

Я смотрел на рану. Это был незнакомый тип повреждения. У основания плеча была неглубокая бороздка.

- Пулевое ранение?

- Ага, - был простой ответ. - Только промазали. Как бы ты это назвал? Царапина?

- Я не специалист, я еще учусь.

- На Спецкурсе для одаренных?

- Со следующего месяца.

- Круто. У тебя должно быть высокий IQ2?

2-Коэффициент умственного развития

В его голосе слышалась легкая насмешка. Я оторвал взгляд от раны и посмотрел ему в глаза.

 - Прикалываешься надо мной?

- Прикалываюсь, в то время как ты мне помогаешь? Нет, конечно. Так какая у тебя специальность?

Я сказал ему, что специализируюсь в экологии и меня только что приняли на Спецкурс. Экология.  Ничего общего с тем как обрабатывать пулевые ранения. Мой первый опыт. Я был немного взбудоражен. Так, с чего я должен начать? Дезинфекция, перевязка…ах да, сначала надо остановить кровотечение.

- Это зачем?

Он уставился на меня, достающего шприц из аптечки, и сглотнул.

- Местная анестезия. Ну, приступим.

- Эй, подожди. Подожди минутку. Онемеет, а потом что?

- Шить.

По видимому, я сказал это с таким радостным выражением лица, как будто наслаждался своими действиями. Но я понял это только потом.

- Шить?! А еще примитивней ничего не предложишь?

- Здесь не больница. У меня нет современных инструментов, к тому же пулевое ранение примитивно само по себе.

Количество криминальных преступлений в городе было близко к нулю. Город был безопасен, и простому жителю не зачем было иметь оружие. Если оно у кого то и было, то только для охоты. Дважды в год, с открытием сезона, охотники направлялись в северные горы. Мама не одобряла этого. Она говорила, что не понимает, как люди могут убивать животных в качестве развлечения. В периодических соцопросах 70% граждан высказывали негативное отношение к охоте, как к виду спорта. Убийство несчастных невинных животных – так бесчеловечно, так жестоко…

Но истекающий кровью передо мной, не был лисицей или оленем, он был человеком.

- Не могу поверить,– прошептал я.

- Поверить во что?

- Поверить в то, что есть люди, стреляющие в других людей…если только… только не говори мне что кто-то из охотничьего клуба подстрелил тебя по ошибке.

Он улыбнулся.

- Охотничий клуб, хм. Ну, думаю, можно и так назвать, но этот выстрел не был ошибкой.

- Они знали, что стреляют в человека? Но разве это не противозаконно?

- Не знаю. Просто вместо лисицы, они загоняют человека. Охота на людей. Не думаю что это противозаконно.

- Что ты имеешь в виду?

- Есть охотники, а есть жертвы.

- Не понимаю о чем ты?

- Я знал, что ты не поймешь. Тебе и не надо. Так что, ты серьезно собираешься вколоть мне это? Неужели у тебя нет анестезирующего спрея или чего-нибудь подобного?

- Я всегда хотел попробовать сделать инъекцию.

Я продезинфицировал рану и сделал три инъекции обезболивающего вокруг пораженного участка. Мои руки дрожали от волнения, но каким-то образом все прошло гладко.

- Скоро онемеет, и тогда…

- Будешь зашивать

- Ага

-Ты хоть раз это делал раньше?

- Нет, конечно. Я не собираюсь заниматься медициной. Но у меня есть теоретические знания о наложении швов. Я смотрел по видео.

- Теоретические знания говоришь…

Он глубоко вздохнул и посмотрел на меня. У него были тонкие бескровные губы, впалые щеки и бледное иссушенное лицо. Это не было лицо человека живущего комфортной жизнью. Он действительно выглядел как загнанное, постоянно преследуемое животное, которому некуда бежать. Но его глаза выделялись. В них не было эмоций, но я чувствовал жизненную силу, исходящую от них. Наверное, это называется жаждой жизни. Я не встречал человека с такими запоминающимися глазами как эти. И эти глаза смотрели на меня не моргая.

 - Ты странный.

- Почему?

- Ты даже не спросил мое имя.

- Ах да. Но я и сам не представился.

Шион3, правильно? В честь цветка?

3 - Астра татарская. Цветок лилового цвета, обладающий антибактериальными свойствами.


- Да. Моей маме нравятся деревья и полевые цветы. А как твое имя?

- Крыс (на яп. звучит как Незуми)

- А?

- Мое имя.

- Крыс… это не то

- Чего?

Цвет этих глаз был отнюдь не мышиным. Он был намного изысканней.  Как … предрассветное небо… Я смутился, поймав себя на мысли, что думаю как неуклюжий поэт. Я нарочито повысил голос.

- Что ж, приступим.

 «Давай, вспоминай основные шаги наложения швов»,- говорил я себе. Закрепить в двух, нет в трех местах и использовать, как основу для наложения непрерывного шва… необходимо выполнить точно и аккуратно… для непрерывного наложения швов…

Мои пальцы дрожали. Незуми молча следил за моими движениями. Я нервничал, но, в то же время, был немного воодушевлен. Я претворял теоретические знания в жизнь. Это было увлекательно.

- Готово.

Я приложил кусок чистой марли к ране. Бусинка пота скатилась по моему лбу.

- Ты действительно умный.

Лоб Незуми тоже был покрыт потом.

У меня просто хорошие руки.

- Не только руки, но и мозги. Тебе ведь только двенадцать, да? И ты поступил на Спецкурс для одаренных. Ты суперэлита.

В этот раз в его голосе не было насмешки, но и благоговения тоже не было.

Десять лет назад я был признан лучшим на городских интеллектуальных экзаменах для двухлетних детей. Город предоставлял всем, кто показывал лучшие результаты в знаниях или физической подготовке, наилучшее образование, какое только можно желать. До десяти лет я посещал классы по окружающей среде, оснащенные по последнему слову техники.  Под надзором опытных инструкторов мы получали базовые знания. После чего каждый из нас получил свой комплект заданий для выбора подходящей специализации. С того момента как я был признан лучшим, мое будущее было многообещающим. Оно было неотвратимым. Ничто не могло его изменить. По крайней мере, так предполагалось.

- Выглядит удобной,-  прошептал Незуми, все еще сидя прижавшись к кровати.

- Можешь воспользоваться, только переоденься сначала.

Я вывалил на колени Незуми чистую рубашку, полотенце и коробку антибиотиков. А потом мне приспичило сварить какао. У меня в комнате было достаточно оборудования, позволяющего приготовить пару горячих напитков.

- У тебя жуткий вкус. Поморщил нос Незуми, рассматривая клетчатую рубашку.

- Кто бы говорил.

Я протянул ему кружку с дымящимся какао. Первый раз за весь вечер я увидел проблеск эмоций в его глазах. Удовольствие. Незуми сделал большой глоток и мягко прошептал: «Вкусно».

- Хорошо. Это гораздо лучше, чем твое шитье.

- Как ты можешь сравнивать. И потом вышло совсем не плохо для первого раза.

- Ты всегда такой?

- Какой?

 - Ты всегда так открыт? Или это нормально для представителей стерильной элиты не иметь чувства самосохранения? Незуми продолжал держать кружку двумя руками.

- Не чувствовать опасности или страха по отношению к незнакомцам.

- Я чувствую опасность и страх тоже. Я боюсь опасных вещей и не желаю иметь с ними дело. Я также не настолько наивен, чтобы поверить, что влезший в открытое окно на втором этаже образцовый горожанин.

- Тогда почему?

Он был прав. Почему? Почему я обрабатываю рану незнакомцу и даже пою его какао? Я не был хладнокровным монстром. Но я и не был тем, кто помогает всем подряд. Я не был святошей. Я не любил трудности и ссоры. Но я принял этого незнакомца. Если городские власти узнают, у меня будут проблемы. Они могут посчитать меня ненадежным. Если это произойдет…

Мои глаза встретились с парой серых глаз. Мне казалось, что я вижу в них усмешку. Как будто они могут видеть меня насквозь…

- Если бы ты был большой и агрессивный, я бы оставил включенной охранную систему. Но ты ниже меня, выглядел как девочка и, казалось что вот-вот упадешь. И тогдатогда я решил перевязать тебя. И…

- И?

- И…  я всегда хотел попрактиковаться в наложении  швов.

Незуми пожал плечами и допил остатки какао. Вытерев рот тыльной стороной руки, он провел ладонью по кровати.

- Я, правда, могу поспать?

- Конечно.

- Спасибо.

Это были первые слова благодарности, которые я услышал от него, с тех пор как он пробрался в мою комнату.

Мама сидела на диване в гостиной, поглощенная просмотром плоскоэкранного телевизора, вмонтированного в стену. Она заметила, как я вошел в комнату, и показала на телевизор. Женщина диктор, с длинными прямыми волосами, озвучивала предостережение для жителей Кроноса.

Заключенный сбежал из Исправительного учреждения в Западном блоке, и был замечен бегущем в сторону Кроноса. Учитывая ураган, территория будет изолирована на всю ночь. Всем жителям территории, за исключением особых случаев, запрещено выходить из дома.

На экране появилось лицо Незуми и ниже надпись красными буквами ВЧ103221

- ВЧ…

Я поднес ложку с вишневым пирогом ко рту. Каждый год без исключений, мама пекла вишневый пирог на мой день рождения. В память о том, как папа принес вишневый пирог в тот день, когда я родился.

Со слов мамы, мой отец был неисправим, в том, что касалось траты денег и женщин, в довершении, он был в одном шаге от алкоголизма. Он пришел тогда пьяный с тремя вишневыми пирогами, которые оказались такими вкусными, что мама вспоминала об этом каждое 7 сентября. Мои родители развелись через 2 месяца после вишневого пирога. Таким образом, у меня, к сожалению, нет никаких воспоминаний о моем горе отце, который был в одном шаге от алкоголизма. Но это неважно. После того как я был признан одаренным, мама и я получили право жить в Кроносе на полном обеспечении, включая этот скромный, но хорошо оборудованный дом. Никаких проблем.

- Я только что вспомнила, что система охраны двора выключена. Но это ведь не страшно, правда?

Мама медленно поднялась. Она изрядно располнела в последнее время и, похоже, что движения давались ей с трудом.

- Это такая головная боль, эта система. Даже если кошка прыгнет на забор, срабатывает сигнализация, и люди из Комитета безопасности приезжают каждый раз с проверкой. Такая морока.

Возможно, это было связано с набором веса, что мама все чаще и чаще называла вещи «головной болью».

- Но посмотри на него, он же совсем юный, этот ВЧ… интересно, что он совершил.

ВЧ – Ви Чип, изначально термин использовался в Америке для фильтрации телевизионных программ. С этим чипом, была возможность ограничить показ программ, содержащих сцены секса и насилия. Если память мне не изменяет, то этот термин впервые был введен в 1996 году.

Но в №6 термин ВЧ имел более глубокий смысл. Убийство, покушение на убийство, воровство, насилие и другие жестокие преступления были основанием для вживления этого чипа. Это позволяло компьютеру отслеживать любые перемещения, состояние и даже эмоции заключенного. ВЧ – термин, используемый для лиц, совершивших тяжкие преступления.

- Но как он смог избавиться от чипа?

Если ВЧ был все еще в его теле, то его местоположение может быть быстро засечено городской системой слежения. Его бы легко арестовали, никто бы даже не заметил. Объявление о его бегстве в новостях и меры изоляции могут означать только то, что они не могут его обнаружить.

- Может ли это пулевое ранение быть…? Нет, это не возможно.

Я никогда до этого не видел огнестрельных ран, но эта определено была следствием выстрела с расстояния. Если бы он извлек чип самостоятельно, то рана была бы более серьезной, с ожогом и все такое. Намного серьезней.

- Как скучно, правда? Жалко, ведь сегодня твой день рождения.

Мама вздохнула и посыпала петрушкой тушеное мясо. «Скучно» было еще одно слово, которое мама часто использовала последнее время.

Мы с мамой были очень похожи. Мы оба были немного гиперчувствительны и не очень любили общество. Люди, которые нас окружали, были милыми, настолько милыми, что про них нельзя было сказать ни одного плохого слова. Мои одноклассники, горожане вокруг нас, были гениями, интеллигенцией с хорошими манерами. Никто не повышал голос, никто никого не оскорблял и не был враждебно настроен. Здесь не было бродяг или бомжей. Все вели педантично здоровый образ жизни, и даже полные фигуры как у моей матери были редкостью. В этом мирном, стабильном, унифицированном мире все выглядели похоже. Моя мама располнела и начала употреблять  «головная боль» «скучно» через слово, и я тоже начал чувствовать, что окружающие люди действуют на меня угнетающе.

Сломай.

Разрушь.

Разрушить что?

Все.

Все?

Ложка выскользнула у меня из рук и упала на пол.

- Что случилось? Ты витаешь в облаках.

Мама с любопытством посмотрела на меня. Ее круглое лицо озарилось улыбкой.

- Это так не похоже на тебя, Шион. Продезинфицировать твою ложку?

- Нет не надо,- я улыбнулся в ответ. Мое сердце было готово выскочить из груди, дыхание сбилось. Я выпил залпом минеральной воды. Огнестрельная рана, кровь, ВЧ, серые глаза. Что это было? Этого никогда не было в моем мире до этого момента. Что им нужно, зачем так неожиданно ворвались в мою жизнь.

У меня было мимолетное предчувствие. Предчувствие грядущих перемен. Как вирус, проникает в клетки и разрушает их, у меня было ощущение, что этот незнакомец полностью разрушит мой привычный мир.

- Шион? Действительно, что с тобой?

Мама заглянула мне в лицо, ее выражение было обеспокоенным.

- Извини, мам, я волнуюсь из-за доклада. Я поем в комнате, – соврал я и вышел из-за стола.

- Не включай свет.

Скомандовал мне тихий голос, как только я вошел в комнату. Я не любил темноту, поэтому обычно оставлял свет включенным. Но сейчас была непроглядная темень.

- Но я ничего не вижу.

- Тебе и не надо.

- Но если я ничего не вижу, я не могу передвигаться. Я беспомощно стоял с тушеным мясом и вишневым пирогом на подносе.

- Пахнет вкусно.

- Я принес мясо и вишневый пирог.

Я услышал свист одобрения из темноты.

- Хочешь?

- Конечно.

- Будешь есть в темноте?

- Конечно.

Я осторожно двинулся навстречу и услышал тихое хихиканье.

- Не можешь сориентироваться даже в собственной комнате?

- Ну извини, я же не ночной обитатель. А ты видишь в темноте?

- Я же крыса, конечно вижу.

- ВЧ 103221

Я почувствовал, как Незуми замер в темноте.

- Тебя показали в новостях. Ты знаменитость.

- Хм. Но в реальности я ведь лучше. Вкусный пирог.

Мои глаза постепенно привыкали к темноте. Я сел на кровать и покосился на Незуми.

- Ты сбежал?

- Конечно.

- А твой чип?

- Все еще во мне.

- Хочешь, чтобы я достал его?

- Еще одна операция? Нет спасибо.

- Но…

- Да все нормально. Эта штука все равно бесполезна.

- В смысле?

- Ви Чип  просто игрушка. Вывести его из строя проще простого.

- Игрушка?

- Ну да,  игрушка. Да и вообще, весь этот город тоже игрушка. Дешевка, красивая только снаружи.

Незуми прикончил мясо и пирог и сыто вздохнул.

- То есть ты уверен, что сможешь сбежать, в то время когда город перекрыт?

- Конечно.

 - Но ведь существует строгая система обнаружения и проверки для тех, кто не зарегистрирован. Датчики повсюду.

- Ты так считаешь? Эта система не настолько совершенна как кажется. В ней полно дыр.

- Откуда ты знаешь?

- Потому что я не являюсь частью системы. Вы все запрограммированы на веру в то, что эта дырявая дешевка идеальна. Или, возможно, это то, во что вы сами хотите верить.

- Нет.

- Чего?

- Я не считаю, что это место идеально.

Слова сорвались с моего языка. Незуми молчал. Передо мной была только бездонная темнота. Я совсем не чувствовал его присутствия. Он и в правду был как крыса, ночной грызун, спрятавшийся в темноте.

- Ты странный,- сказал он голосом тише, чем прежде.

- Правда?

- Правда. Это не слова суперэлиты. Разве у тебя не будет проблем, если власти узнают?

- Будут. Большие проблемы.

- Ты только что укрыл сбежавшего ВЧ и не заявил в Комитет безопасности… Если они узнают, то проблем будет еще больше. Тебе не удастся легко отделаться.

- Я знаю.

Незуми неожиданно схватил меня за руку, его тонкие пальцы вонзились в мое тело.

- Ты серьезно? Меня не касается, что случится с тобой, но если кончится тем, что твоя жизнь будет разрушена из-за меня, я буду чувствовать себя виноватым.

- Очень мило с твоей стороны.

- Мама всегда говорила: «Не доставляй проблем другим людям»,- произнес он.

- Значит, ты собираешься уходить?

- Нет, я устал, и там ураган. И у меня наконец то есть кровать, я переночую здесь.

- Лицемер.

- Папа учил: «Всему свое время».

- Хороший отец.

Его пальцы отпустили мою руку.

- Думаю, мне повезло, что ты оказался со странностями,- сказал Незуми мяго.

- Незуми?

- Хм?

- Как ты оказался в Кроносе?

- Это конфиденциальная информация.

- Ты что сбежал из Исправительного Учреждения и рванул в город? Разве такое возможно?

- Конечно, возможно. Но я оказался в №6 не по своей воле, меня привезли.

- Привезли?

- Ага. Под конвоем.

- Под конвоем полиции? Куда?

Исправительное учреждение располагалось в Западном Блоке в усиленно охраняемой зоне. Желающий попасть в №6 должен был получить разрешение от Комитета Безопасности. Люди, имеющие особые полномочия могли свободно въезжать-выезжать. Только для того чтобы подать документы необходимо было ждать месяц и только у менее 10% эти документы принимались к рассмотрению. Количество дней пребывания в городе также жестко регламентировалось.  Естественным образом люди стали накапливаться в Западном Блоке. Были и те, кто делал бизнес на этом, сдавая жилье и открывая точки общепита для ожидающих разрешения на въезд. Я никогда не был в Западном Блоке, но слышал, что жизнь там кипела. Количество преступлений там было высоким. Большая часть заключенных ВЧ в Исправительном Учреждении были выходцами из Западного Блока. Сроки заключения варьировались от 1года до пожизненного и основывались на возрасте преступника и тяжести совершенного преступления. Смертной казни не было. Западный блок выполнял роль своеобразной крепости, не позволявшей преступникам проникнуть в город. И вдруг ВЧ был эскортирован в центр города… Зачем? Почему?

Незуми влез на кровать.

 - Возможно, в Лунную каплю.

- В Городскую администрацию!?- воскликнул я. - Это ж центр города! Зачем?

-Секрет. Тебе этого лучше не знать все равно.

- Но почему?

 - Я устал. Дай поспать.

- Это что-то, что ты не можешь рассказать мне?

- Ты можешь гарантировать, что сможешь забыть все услышанное? Притвориться, что ничего не знаешь? Врать с чистым взором? Ты умный, но ты еще не достаточно взрослый, чтобы лгать как они.

- Да наверное, но…

- Тогда не спрашивай. В свою очередь я тоже никому не расскажу.

- О чем?

- О том, как ты орал, высунувшись в окно.

Он видел меня. Я чувствовал, как мое лицо заливается краской.

- Это было нечто. Я проник во двор и думал, что делать дальше, и вдруг окно распахивается и возникает твоя физиономия.

- Эй, подожди!

- Я смотрел, что ты будешь делать дальше, и в это время ты заорал. Я был в шоке, никогда ни у кого не видел такого лица.

- Прекрати!

Я бросился на Незуми, но встретился с подушкой. В долю секунды Незуми оказался сверху. Его рука скользнула по моей, и быстрым захватом, он легко перевернул меня на спину. Незуми сел на меня верхом, держа одной рукой обе мои. Его ноги крепко прижимали мои бедра. В это мгновение я почувствовал, как волна онемения пробежала вдоль ног и достигла кончиков пальцев. Я был поражен. В столь короткое время  я был захвачен, обездвижен и прикован к собственной кровати. Свободной рукой Незуми приставил рукоять столовой ложки к моему горлу и легонько скользнул вдоль. Он наклонился к моему уху:

- Если бы это был нож,- прошептал он, - ты был бы труп.

Мускул на моей шее дернулся. Поразительно.

- Потрясающе. Ты использовал какой-то особый прием?

- Чего?

- Как ты смог нейтрализовать тело так легко? Ты нажал на какие-то особые точки?

Хватка, державшая меня, ослабла. Незуми рухнул на меня, сотрясаемый от смеха.

- Нереально. Ну, ты и чудик. Ты такой непосредственный,- прохрипел он.

Я обхватил Незуми руками и сложил пальцы в замок на его спине. От него исходил жар, рубашка была влажной от пота.

- Так и знал…у тебя температура. Тебе надо принять антибиотики.

- Я в порядке…мне просто надо поспать.

- Если не снизить температуру, то ты ослабнешь еще больше. Ты весь горишь.

- Ты и сам довольно горячий.

Незуми глубоко вздохнул и прошептал в полусне:

- Люди теплые, пока живы.

Он затих, спустя немного времени, я услышал его размеренное дыхание. Его горящее тело все еще было в моих руках, вскоре, я и не заметил как, я тоже уснул.

Утром, когда я проснулся, Незуми уже не было. Клетчатая рубашка, полотенце и аптечка исчезли вместе с ним.

6 комментариев:

  1. Благодарю от всей души! У вас просто замечательный перевод)

    ОтветитьУдалить
  2. АААААААААААААААААА
    Как прекрасно, очень интересная история!!!!!!!!!!!!!))))))))))))))))
    Спасибо за перевод))))))))))))

    ОтветитьУдалить
  3. Анонимный1 мая 2012 г., 5:19

    Спасибо огромное за перевод! Ваш труд сложно переоценить О_о

    ОтветитьУдалить
  4. Спасибо за прекрасный перевод!

    ОтветитьУдалить
  5. Спасибо за отличный перевод!))
    планируете переводить до конца?

    ОтветитьУдалить
  6. Большое спасибо, перевод чудесный

    ОтветитьУдалить